Через неделю я вошла в мастерскую уже не как посетитель. На мне был строгий брючный костюм, в руках — папка с документами. Бывший хозяин, Пётр Сергеевич, собрал всех работников: четверо слесарей, включая Сергея, и тот самый мальчишка-ученик Витя.
— Уважаемые коллеги, — начал Пётр Сергеевич, заметно нервничая. — С сегодняшнего дня у мастерской новый владелец. Прошу любить и жаловать — Анна Викторовна.
Он указал на меня. В помещении повисла плотная, осязаемая тишина. Сергей, до этого стоявший с наглой ухмылкой, медленно выпрямился. Лицо вытянулось.
— Что за шутки? — пробасил он, глядя то на меня, то на Петра Сергеевича.
— Никаких шуток, Сергей, — ответила я ровно и холодно. — Пётр Сергеевич продал мне бизнес. Теперь я ваш руководитель.
— Ты? Руководитель? — он расхохотался, громко и вызывающе, но в смехе слышались истеричные нотки. — Да ты гаечный ключ от отвертки не отличишь! Что ты здесь делать собралась, Анечка? Ногти пилить?
Двое слесарей неуверенно переглянулись. Только Витя смотрел на меня с робким интересом.
— Во-первых, — я шагнула вперёд, и голос прозвучал неожиданно твёрдо, заставив Сергея замолчать. — Для вас я Анна Викторовна. Во-вторых, моё дело — руководить, ваше — работать. И судя по состоянию мастерской, работы непочатый край.
Я обвела взглядом помещение.
— С завтрашнего дня начинаем ремонт. Полная реорганизация. Новое оборудование я уже заказала. А сегодня — генеральная уборка. Чтобы всё блестело. Это касается всех.
— Я в этом цирке участвовать не собираюсь, — процедил Сергей, скрестив руки на груди. — Я слесарь, а не уборщица.
— Ошибаешься, — я впилась в него взглядом. — Ты — наёмный работник. И будешь делать то, что говорит работодатель. Или напишешь заявление по собственному. Прямо сейчас.
Я знала, что он не уйдёт. Куда ему? С его характером его нигде долго не терпели. Эта мастерская была его последним пристанищем.
Он скрипнул зубами, желваки заходили ходуном. Он понял: я не шучу. Это не розыгрыш. Это западня, и он в неё попался.
— Итак, жду всех через пятнадцать минут в спецодежде. Инвентарь в подсобке, — я развернулась и направилась в бывший кабинет Петра Сергеевича.
Я села за стол, чувствуя, как дрожат руки. Не от страха — от возбуждения. За дверью раздалось ворчание, но потом голос Вити:
— А где вёдра стоят?
Ему грубо ответил один из слесарей. Но лёд тронулся — они подчинились. Все, кроме одного.
Дверь моего кабинета распахнулась с грохотом. На пороге стоял Сергей — красный, с молниями в глазах.
— Ты думаешь, я позволю так с собой обращаться? — прорычал он. — Я тебе здесь такую жизнь устрою…
— Устраивай, — спокойно ответила я, поднимая на него глаза. — Только помни, Сергей. Каждый твой проступок будет задокументирован. Опоздания, хамство, невыполнение распоряжений. А потом — увольнение по статье. И поверь, я сделаю так, чтобы в этом городе ты больше не нашёл работу даже дворником. А теперь выйди. И закрой дверь с той стороны.
Он замер, тяжело дыша, но вышел. Я знала — это затишье хищника в засаде.
Две недели он работал молча, с мрачным видом, но я чувствовала, как он ждёт момента для удара.
И этот момент настал, когда в мастерскую привезли почти новый внедорожник известного в городе бизнесмена. Проблема была в электронике — как раз по моей части.
Я лично подключила свой диагностический комплекс — тот самый, что сделал меня богатой. Новое оборудование позволяло не только находить неисправности, но и протоколировать каждое действие мастера. Сергей об этом не знал.
— Тут с проводкой беда, — сказала я ему, показав на экран ноутбука. — Нужно заменить вот этот блок. Делай аккуратно. Машина дорогая, клиент нервный.
— Учить меня вздумала? — усмехнулся он, но за работу взялся.
Через час он выгнал машину из бокса.
— Готово, хозяйка. Принимай работу.
Вечером позвонил разъярённый бизнесмен:
— Вы что наделали?! У меня коробка передач полетела! Машина не едет! Я вас засужу! Это сто тысяч евро, вы понимаете?!
Я слушала и ждала. Когда он выдохся, я спокойно сказала:
— Уважаемый, я всё знаю. Коробка не полетела — я временно отключила её через программное обеспечение, чтобы проверить работу мастера. Сейчас я дистанционно всё восстановлю. Но я хочу, чтобы вы знали: ваш блок проводки Сергей заменил правильно. А вот заодно он «случайно» перебил два датчика, чтобы создать аварию и подставить меня. У меня есть полный протокол всех его действий с точностью до секунды.
В трубке повисла пауза.
— Что? — переспросил бизнесмен. — Он специально?
— Специально. Я пришлю вам видео с камер и лог программы. Но машина уже исправна — проверьте через приложение запуска. Я только что перезагрузила блок.
Через минуту он выдохнул:
— Работает. Чёрт возьми… Спасибо. А с этим вашим мастером что будет?
— Всё будет по закону, — ответила я.
На следующее утро я пришла в мастерскую раньше всех. Сергей стоял у своего верстака, нагло ухмыляясь, явно ожидая моего позора.
— Ну что, Анна Викторовна? — протянул он. — Клиент уже звонил? Много денег отдавать придётся?
Я положила на стол распечатанный протокол и флешку с записью.
— Звонил, Сергей. И знаешь, что я ему сказала? Что ты специально повредил машину, чтобы отомстить мне.
Его ухмылка сползла.
— Ничего ты не докажешь, — прошипел он. — Моё слово против твоего.
— Моё слово — против видеозаписи и цифрового лога, — я толкнула флешку в его сторону. — Здесь всё. Как ты отвёрткой перебил провода датчиков. Как ты ошибся на две минуты, когда провернул это, и система зафиксировала аномалию. Ты думал, я идиотка, которая ничего не понимает в железе? Я писала эту программу, Сергей. Каждую строчку.
Он побледнел. Впервые я видела его таким — растерянным, испуганным.
— Я… я не хотел… — начал он.
— Ты хотел. Ты всегда хотел унизить меня. Но теперь я владею этой мастерской, и ты здесь никто. — я взяла трубку. — Полиция? Здравствуйте. Хочу заявить об умышленной порче имущества…
— Ань… Анна, подожди! — он рванулся вперёд, схватил меня за руку. — Я всё сделаю! Буду убираться, буду молчать, буду…
— Поздно, — я выдернула руку. — Дверь с той стороны ты уже не закрыл.
Через час его увезли. Он кричал, что я ещё пожалею, но я не слушала.
Оставшимся работникам я собрала совещание.
— Сергей больше не работает у нас. Витя, — я посмотрела на паренька. — С сегодняшнего дня ты мой помощник. Покажешь себя — пойдёшь на обучение за мой счёт.
Витя зарделся и кивнул.
Через месяц мастерская преобразилась: новые стеллажи, современное оборудование, чистые полы. Витя заменил Сергея и уже принимал первых клиентов.
А ко мне как-то подошёл бизнесмен, владелец внедорожника.
— Анна Викторовна, — сказал он. — Ваш подход… впечатляет. Я слышал, вы ещё и программист. Может, создадите мне программу для моего автопарка?
Я улыбнулась.
— Договорились.
Мы сидели в моём кабинете, я смотрела в окно, как двое слесарей помогали клиенту. Витя вежливо объяснял что-то женщине с маленькой машиной. Всё было правильно, спокойно и профессионально.
Я взяла телефон и открыла фотографию — старую, где мы с Сергеем стояли у этой мастерской. Тогда я улыбалась, потому что не знала, кто он на самом деле. Теперь я знала всё.
Я удалила снимок.
«Лучшая месть, — подумала я, — это не когда твой враг плачет. Это когда ты перестаёшь о нём вспоминать».
Я закрыла ноутбук и вышла в зал — встречать новых клиентов. Мастерская гудела, пахло свежей краской и маслом, и этот запах больше не был для меня запахом прошлого. Это был запах моего будущего.
Конец.
