ЧАСТЬ 2
Картина, за которой был скрыт сейф, изображала скалы Этрета — подарок отца Антуана на их свадьбу. Клэр никогда не любила это полотно, но именно за ним было безопасное место, о котором никто, кроме неё, не знал.
Или так она думала.
Она набрала код — дату их первой встречи — и открыла тяжёлую стальную дверцу.
Внутри лежали документы, немного наличных, несколько золотых монет и бархатная шкатулка с сапфировым кольцом.
Шкатулка была пуста.
Клэр застыла.
Она помнила, как Мадлен Делорм, умирая, взяла её за руку и вложила в ладонь эту шкатулку.
— Это тебе, — прошептала свекровь. — Ты была хорошей женой для моего сына. Ты была лучше, чем он заслуживал. Это кольцо носила моя бабушка, затем моя мать, затем я. Теперь оно твоё. Передай его своей дочери, если она у тебя будет.
Клэр тогда расплакалась.
Мадлен знала, что умирает. Она знала, что Антуан не был идеальным мужем, но она верила, что Клэр сможет его изменить.
Клэр не смогла.
Но она сохранила кольцо.
Она хранила его в сейфе, потому что боялась носить его каждый день. Оно было слишком ценным, слишком тяжёлым для обычной жизни. Она надевала его только на торжественные мероприятия — раз или два в год.
Последний раз она видела его три месяца назад, когда надевала на благотворительный гала-ужин.
После того вечера она сняла его и вернула в шкатулку.
Или думала, что вернула.
Теперь она стояла перед пустым сейфом и перебирала в памяти каждую деталь того вечера.
Она вспомнила, что Антуан в тот вечер был особенно внимателен. Он сам помог ей застегнуть платье, принёс ей шампанское и долго смотрел, как она надевает кольцо.
— Оно тебе очень идёт, — сказал он тогда.
Она не придала этому значения.
Теперь она понимала.
Он смотрел не на неё.
Он смотрел на кольцо.
Клэр закрыла сейф, села на пол в гардеробной и начала собирать улики.
Она не позвонила Антуану. Она не устроила сцену. Она знала, что он будет отрицать, обесценивать её слова, обвинять её в паранойе или забывчивости.
Она начала с телефона.
Она проверила его резервные копии — у неё был доступ к облачному хранилищу, потому что именно она настраивала все его устройства.
Там она нашла фотографии.
Леа.
Они были в Довиле, на пляже, в ресторане, в гостинице. Леа улыбалась, поднимая руку, чтобы поправить волосы.
И на её пальце сверкало сапфировое кольцо.
Клэр перевела дыхание.
Она просмотрела переписку. Тысячи сообщений за последние месяцы. Антуан называл Леа «моей королевой», «моим сокровищем», «моей жизнью».
Он никогда не называл Клэр так.
Он называл её «дорогой». «Марион». Иногда «женой», когда это было необходимо.
Клэр сохранила все улики.
Затем она наняла частного детектива, который подтвердил всё, что она уже знала. Антуан встречался с Леа почти два года. Он купил ей квартиру в XVI округе, возил её в Милан, Лондон и Рим. Он подарил ей кольцо, которое принадлежало его семье.
И теперь Леа носила его на публике.
Клэр пошла к нотариусу.
Она попросила показать ей оригинал завещания Мадлен Делорм.
Там было чётко указано: «Сапфировое кольцо передаётся моей невестке Клэр Делорм. Никакой другой наследник не имеет на него прав».
Клэр подала заявление о краже.
Затем она дождалась дня, когда Леа будет на обеде Круга Сен-Клу — ежегодном мероприятии, на котором присутствовали все важные люди из окружения Антуана. Она знала, что Антуан будет там, представляя свою новую «невесту» своим коллегам и друзьям.
Клэр пришла с полицией.
Она пришла с завещанием.
Она пришла с доказательствами.
Теперь она стояла перед Леа и смотрела, как улыбка исчезает с её лица.
— Ваш жених? — переспросила Клэр. — И кто же этот жених?
Леа открыла рот, но не произнесла ни слова.
Она перевела взгляд на Антуана, который сидел за соседним столиком.
Его лицо побледнело.
Он встал.
— Клэр, — сказал он, пытаясь сохранить спокойствие, — что ты здесь делаешь?
— Я здесь, чтобы забрать то, что принадлежит мне, — ответила Клэр. — А затем я собираюсь подать на развод.
Она повернулась к команданте Бенали.
— Арестуйте её за хранение краденого.
— Что?! — закричала Леа. — Вы не можете!
— Могу, — сказала Клэр. — У меня есть заявление о краже, у меня есть экспертиза, которая подтверждает, что это именно то кольцо, и у меня есть завещание моей свекрови, где чётко указано, что оно принадлежит мне. Вы не имеете права носить его.
Леа сняла кольцо дрожащими руками и протянула его Клэр.
— Возьмите, — сказала она с ненавистью в голосе. — Оно всё равно слишком тяжелое для меня.
Клэр взяла кольцо.
Она не улыбнулась.
Она просто смотрела на Антуана.
— Ты думал, что я не узнаю? — спросила она тихо. — Ты думал, что я буду сидеть дома и ждать, пока ты решишь, что со мной делать? Ты ошибся.
Антуан попытался подойти к ней, но один из полицейских преградил ему путь.
— Клэр, давай поговорим, — сказал он. — Мы всё решим.
— Мы всё решили, — ответила она. — Ты получишь повестку в суд на следующей неделе. И поверь мне, я позабочусь о том, чтобы ты потерял больше, чем просто кольцо.
Она повернулась ко всем гостям, которые наблюдали за происходящим в полной тишине.
— Я хочу, чтобы все здесь знали, — громко сказала она. — Мой муж, Антуан Делорм, украл у меня семейную реликвию и подарил её своей любовнице. Он предавал меня два года. Он покупал ей квартиры, ювелирные украшения и поездки. Теперь он заплатит за это.
Она посмотрела на Леа.
— И вы, мадам Варенн, если у вас есть совесть, вы больше никогда не приблизитесь к этому человеку. Потому что он бросит вас так же, как бросил меня. Как только у вас не останется ничего, что он мог бы украсть.
Клэр вышла из зала, сжимая кольцо в руке.
Снаружи её ждала машина.
Она села на заднее сиденье и смотрела, как особняк Круга Сен-Клу исчезает в зеркале заднего вида.
Она не плакала.
Она чувствовала только пустоту.
Но в этой пустоте было что-то новое — свобода.
Через месяц развод был оформлен.
Антуан потерял больше половины состояния, репутацию и всех своих друзей. Леа уехала за границу, оставив квартиру, которую он купил для неё. Клэр продала особняк в Нёйи и купила небольшой дом на юге Франции.
Она носила сапфировое кольцо каждый день.
Не для того, чтобы напоминать себе о прошлом.
А для того, чтобы помнить, что она выжила.
И что никто больше никогда не посмеет украсть у неё её жизнь.
Конец.
