Часть 2 (финал)
Вика вдруг резко отодвинула чашку. Чай расплескался на клеенку.
— То есть как это? — ее писклявый голос сорвался. — Боря! Ты же говорил, что у тебя своя двушка! Что ты хозяин!
— Вика, подожди, — Борис тяжело дышал, лицо его пошло красными пятнами. — Аня, ты блефуешь. Машина! Форд мы покупали вместе!
— Форд мы покупали вместе, — согласилась Аня. — Только кредит оформлен на тебя. А машина, по документам, принадлежит моему брату. Помнишь, мы так сделали, чтобы тебе не присылали штрафы с камер на твое имя, потому что у тебя тогда чуть права не отобрали? Ты сам подписал договор купли-продажи. Так что кредит твой, а машина — брата.
Борис открыл рот, но не издал ни звука. Он был похож на рыбу, выброшенную на берег. Вся его выстроенная, уютная реальность, где он был царем и богом, рухнула за какие-то десять минут, разбившись о холодные цифры в экселевской таблице.
— Ань… Анечка… — голос Бориса вдруг стал тонким, жалким. — Ну зачем ты так? Мы же семья. Мы же столько лет вместе. Ну оступился я, с кем не бывает? Бес попутал!
Он покосился на Вику, словно она была каким-то грязным пятном на ковре.
— Это все она! Накрутила меня, молодая, глупая… Ань, давай забудем? Я ее сейчас выставлю, и все будет как раньше! Ты, я, кот…
— Эй! — взвизгнула Вика, вскакивая со стула. — Ах ты козел! «Муза ему нужна»! Да у тебя за душой, оказывается, ни гроша! Идиот лысеющий!
Она схватила свою леопардовую сумку и с размаху ударила Бориса по плечу.
— Вика, успокойся! — зашипел на нее Борис, пытаясь увернуться.
— Сам успокойся, нищеброд! — выплюнула девушка. Она повернулась к Ане. — Извините. Я правда не знала. Он мне лапшу на уши вешал, что он бизнесмен почти, что жена у него клуша, которая на его шее сидит. Ноги моей здесь не будет!
Вика пулей вылетела в коридор. Хлопнула входная дверь, да так сильно, что с вешалки упала куртка Бориса.
В кухне остались двое.
Аня спокойно закрыла ноутбук и встала.
— Как раньше уже не будет, Боря. Месяц я тебе давать не собираюсь. Даю тебе ровно час. Собирай свои вещи — одежду, бритву, свой игровой компьютер, который, к счастью, куплен на твою кредитку. И уходи.
— Аня, куда я пойду на ночь глядя? — Борис попытался выдавить слезу. — У меня на карте пять тысяч осталось до зарплаты. Пожалуйста…
— Снимешь хостел. Или поедешь к маме в деревню, — равнодушно ответила она. — Ты же взрослый мужчина. Добытчик. Альфа. Ты справишься.
Аня вышла из кухни, оставив мужа сидеть в полной прострации над остывающим чаем. Она прошла в спальню, подошла к шкафу и достала с верхней полки элегантный темно-синий брючный костюм, который Борис никогда на ней не видел. Затем открыла косметичку.
Спустя сорок минут Борис, сгорбленный, постаревший лет на десять, тащил к дверям две большие спортивные сумки и коробку с системным блоком. Он все еще надеялся, что Аня выйдет, заплачет, остановит его.
Но Аня вышла в коридор при полном параде. Идеальная укладка, легкий макияж, строгий костюм, подчеркивающий фигуру. Она выглядела не как домашняя клуша, а как успешная, уверенная в себе женщина. Собственно, кем она и была все эти годы под маской застиранного фартука.
— Ключи оставь на тумбочке, — холодно скомандовала она.
Борис молча положил связку ключей. Потоптался на месте.
— Ань… я… я люблю тебя, — жалко выдавил он.
— Ты любишь свой комфорт, Боря. Прощай. И да, не забудь оплатить кредит за машину. Брат будет недоволен, если банк начнет ему звонить.
Дверь за ним закрылась. Щелканье замка прозвучало для Ани как выстрел стартового пистолета.
Она выдохнула. Оглядела пустую прихожую. Скинула туфли и прошла на кухню. Там, на плите, все еще стояла сковородка с остывшими котлетами — символом ее прошлой жизни. Аня решительно взяла сковороду и сгребла котлеты в мусорное ведро. Затем достала телефон, открыла приложение доставки и заказала сет самых дорогих роллов и бутылку хорошего вина.
Вечер только начинался. Обычный вечер вторника, который стал первым вечером ее новой, настоящей жизни. Открыв рабочий чат в Telegram, она быстро напечатала сообщение своему ассистенту:
«Марина, добрый вечер. Я закончила с домашними делами. Готова посмотреть отчет за третий квартал. И да, завтра я работаю из офиса. Надоело сидеть дома».
Аня улыбнулась своему отражению в темном стекле кухонного окна. Игра в глупую домохозяйку подошла к концу. Занавес опущен. И, черт возьми, как же легко было дышать полной грудью.
—
Эпилог
Прошло три месяца.
Аня сидела в своем просторном кабинете на двадцатом этаже бизнес-центра. За спиной — панорамное окно с видом на вечерний город. На столе — ноутбук, чашка латте и распечатанный контракт с новой крупной компанией, которая только что стала ее четвертым постоянным клиентом.
В дверь постучали.
— Войдите, — сказала она, не поднимая глаз от экрана.
В кабинет вошла Марина, ее ассистентка.
— Анна Сергеевна, там к вам посетитель. Говорит, по личному вопросу. Назвался вашим… бывшим мужем.
Аня наконец подняла голову. На ее губах заиграла едва заметная улыбка.
— Пропустите, — коротко бросила она.
Через минуту в кабинет вошел Борис. Он выглядел уставшим, неухоженным. На нем была мятая рубашка, которую явно не гладили неделю. Он остановился на пороге, оглядывая кабинет с открытым ртом.
— Ань… я думал, ты врешь. Думал, ты показываешь картинки из интернета…
— Садись, — спокойно сказала Аня, указывая на стул напротив. — Чай? Кофе? Или ты по делу?
Борис сел, нервно комкая в руках шапку. Он выглядел потерянным.
— Ань, я пришел просить прощения. И… и помощи. Я потерял работу. Меня уволили, когда узнали, что я брал со склада запчасти без оформления. У меня долги по кредиту за машину. Банк грозит судом. Я живу у мамы в деревне, но у нее пенсия маленькая. Я… я не знаю, что делать.
Аня спокойно слушала. Ее лицо не выражало ни жалости, ни сочувствия. Только легкое любопытство.
— И что ты хочешь от меня?
— Ну… ты же умная, богатая. Может, простишь? Я же твой муж. Я изменюсь, Ань. Я…
Аня подняла руку, останавливая его.
— Боря, послушай меня внимательно. Я дала тебе шанс быть мужчиной, когда мы только поженились. Я жертвовала своей карьерой, своим временем, своей амбициозностью, чтобы ты чувствовал себя главным. Я закрывала глаза на твои слабости, прощала твои срывы, оплачивала твои долги, когда ты терял работу. Я делала тебя тем, кем ты стал. И что ты сделал в ответ? Ты привел в мой дом девицу и назвал меня бесполезной.
Она подалась вперед, оперевшись локтями о стол.
— Я дала тебе ровно столько, сколько ты заслужил. Ты получил семь лет комфорта, любви и заботы. А теперь ты получил реальность. И знаешь, что самое смешное? Ты даже не в состоянии признать, что все эти годы ты жил за мой счет. Ты все еще думаешь, что ты жертва, а я злодейка. Так ведь?
Борис молчал, опустив голову.
— Я не дам тебе денег, Боря. Не начну тебя жалеть. И не собираюсь спасать тебя в очередной раз. Ты взрослый человек. Ты сказал, что можешь содержать Вику и жить как король на свои восемьдесят тысяч. Вот и живи. Или работай. Или ищи другую дуру, которая будет нянчиться с твоим эго. Я свою работу сделала. Семь лет. Пора выходить на пенсию, верно?
Она встала и протянула ему визитку.
— Здесь адрес центра занятости. Завтра у них ярмарка вакансий. Приходи. Может, найдешь что-нибудь достойное. А теперь прости, у меня совещание через пять минут.
Борис медленно поднялся. Он взял визитку дрожащими руками, посмотрел на нее, потом на Аню.
— Ты… ты правда такая злая? — тихо спросил он.
— Нет, Боря. Я просто больше не хочу быть доброй за твой счет. Удачи.
Она проводила его взглядом до двери. Когда он вышел, Аня села обратно и снова посмотрела на экран ноутбука. Но через мгновение ее взгляд переключился на телефон. Экран засветился — пришло сообщение от неизвестного номера:
«Анна, привет! Меня зовут Алексей. Мы встречались на деловом завтраке в прошлую пятницу, я ваш коллега из « Технологий будущего ». Может, на этой неделе выпьем кофе в неформальной обстановке? Отличный вид на город из « Эрмитажа »».
Аня улыбнулась и набрала в ответ:
«Давайте в среду. В 19:00. Буду ждать».
Она откинулась на спинку кресла, потянулась и бросила взгляд на панорамное окно. Город внизу сверкал огнями. Наступал вечер, который обещал быть теплым и многообещающим.
Она подняла бокал с водой, который стоял на столе, и прошептала в пустоту:
— За новую жизнь. За свободу. И за то, чтобы больше никогда не играть в чужие игры.
Конец.
