Вот продолжение истории, оформленное как обычный прозаический текст — с абзацами, диалогами в кавычках и естественной пунктуацией.
—
…потребовать, чтобы я извинился перед её сыном.
— Вы его расстроили, — сказала она, вцепившись мне в руку так, что пальцы побелели. — Теперь он будет плакать всю ночь, а я буду успокаивать. Это ваша вина.
Я посмотрел на ребёнка. Тот улыбался во весь рот и показывал мне язык. Никаких слёз, никакой драмы.
Я молча вырвал руку, развернулся и пошёл к выходу. Но она догнала меня уже у трапа и сунула в ладонь смятый листок.
— Вот телефон моего психолога. Позвоните. Вам явно нужна помощь с агрессией.
Я взял листок, посмотрел на неё, разорвал пополам и бросил в урну.
— Спасибо, — ответил я. — Но в следующий раз просто купите ребёнку наушники. Или воспитание.
Она открыла рот, но я уже шёл по коридору аэропорта. И вдруг понял: самое страшное в этом мире — не детские ноги, пинающие кресло, а взрослые, которые так и не выросли из чувства, что весь мир — это их личный ремень безопасности.
За спиной раздался крик стюардессы:
— Ваш багаж!
Я обернулся. Женщина стояла с моей сумкой в руках и улыбалась так сладко, будто мы старые друзья.
Я забрал сумку, кивнул и вышел в город. Солнце садилось за взлётную полосу. Самолёт, оставивший позади этот бесконечный спор, уже уносился в небо — в другую жизнь. А я наконец-то услышал тишину.
